Бык перила

Бык Фалариса (также Медный бык, Сицилийский бык — brazen bull, bronze bull, или Sicilian bull) — древнее орудие казни.

Фаларис (греч. ???????) — тиран агригентский во второй половине VI века до н. э (ок. 570—554 до н. э.), сын Леодама. Он прославился своей неимоверной жестокостью.

Согласно Лукиану, медный бык, что стоял в замке первого Фалариса (Phalaris) — тирана Сицилии, был изобретением умельца по имени Перил (Perilaus), афинского медника. Он считался одним из самых изощренных и дьявольских инструментов пыток, какие когда-либо порождал человеческий мозг. Этот аппарат был изготовлен из метал ла по точным размерам и формам быка. Внутри его находилась камера, для входа и выхода был предусмотрен люк.

Изобретатель, зная репутацию тирана Фалариса, доставил к нему быка для ознакомления и принялся объяснять всю изощренность пытки, для которой он предназначался. Преступника, излагал Перил, запирают в быке, под которым разводят огонь.
Мучения заключенного внутри него будут столь нестерпимыми, что он станет вопить и кричать от страха и боли, но эти его стоны и вопли с помощью специально подобранных и встроенных в бычьи ноздри флейт будут преобразованы в мелодичное мычание. Другие летописцы пишут, что тяга внутри быка была направлена таким образом. чтобы струйки дыма от сжигаемого заживо осужденного направлялись к небу, как клубы жертвенного ладана.

У Фалариса, по всей видимости, «искусник и его изобретение вызвали отвращение», и он не без иронии решил расправиться с ним самым достойным случая образом. Но пусть оставшуюся часть этой истории тиран расскажет собственными словами: «Что ж, Перил, — сказал я, — если ты так уверен в своем приспособлении, докажи нам это прямо здесь и сейчас. Полезай внутрь и покричи там, словно человек, которого пытают. А мы послушаем, действительно ли из него польется столь чарующая музыка, как ты пытаешься нас убедить».

Перил повиновался, и как только он оказался в чреве быка, я запер люк и развел под ним огонь. «Прими это, — сказал я, — как единственное вознаграждение, какого твое произведение искусства только и достойно, и как изобретатель исполни нам первый образчик чарующих звуков». Так что этот жестокосердный негодяй получил по заслугам за такое злодейское применение своего таланта механика.

Однако чтобы эта замечательная работа не была осквернена его смертью в ней, я приказал извлечь его еще живым и сбросить с вершины скалы и оставить его труп без погребения». Овидий упоминает медного быка Перила в известных строках: «Зажарен был в быке им сотворенном сам Перил, И первым дела рук своих жестокость подтвердил».

Позднее и сам Фаларис был казнен в этом быке, когда его взяли в плен войска Телемаха, тираном Акрагаса — Сицилия. Так, что история иногда делает поворот.

Каждая лестница должна иметь ограждениеперила высотой не менее 90 см. Если лестницей часто пользуются маленькие дети, то расстояние между балясинами (стойками) не должно превышать 12 см при высоте от уровня пола свыше 1,50 м. Зазор между нижним краем бортового (продольного) элемента перил и ребром ступени не должен быть более 4 см. При установке перил, которые подвергаются большой боковой нагрузке, все материалы и крепления нужно выбирать с учетом того, что они должны выдерживать горизонтальную нагрузку 100 кгс/м.

Необходимо помнить, что отсутствие ограждения допускается только для лестниц, состоящих из пяти ступеней. Лестницы, имеющие более пяти ступеней, при ширине марша 1,25 м должны с одной стороны снабжаться поручнем, при ширине марша от 1,25 до 2,50 м поручни должны быть с обеих сторон. Оба поручня должны иметь одинаковый уклон.

Лестничные марши шириной свыше 2,25 м необходимо оборудовать дополнительными перилами посередине марша. Форма перил зависит от выбора материала. Как правило, это:

  1. деревянные панели,
  2. вертикальные деревянные и металлические стойки,
  3. рулонная арматурная сетка,
  4. фибролитовые плиты,
  5. листы из плексигласа или небьющегося стекла,
  6. монолитные бетонные парапеты.

Форма перил зависит от того, из какого материала они изготовлены (деревянные, алюминиевые, стальные или пластмассовые перила).

Если деревянные поручни и балясины, из-за способности древесины создавать уютную атмосферу, применяют в основном в жилых помещениях, то поручни и перила из стали и пластмассы устанавливают главным образом в производственных зданиях и в садах. Наружные лестницы должны быть сооружены, естественно, из морозоустойчивых и водоотталкивающих материалов.

Нужно хорошо продумать форму не только перил, но и их окончаний, чтобы они также соответствовали принятым нормам безопасности.

Деревянные перила для лестниц

На фото представлено несколько вариантов деревянных перил для лестниц из дерева и монолитных бетонных.

Деревянные перила на лестничной площадке

Ограждение края лестничной площадки деревянными перилами. Поручень крепится одной стороной к стене, другой — к мощной опорной стойке (бык). Тонкие декоративные балясины расположены с шагом 10 см.

Деревянные балясины в ограждении

Точёные фигурные балясины различной формы в ограждении лестничной площадки .

Читайте так же:

  • Бык в драгон эйдже Железный Бык , он же Хисраад — кунари-воин, глава наёмничьего отряда «Боевые Быки» (Bull’s Chargers), один из возможных компаньонов Инквизитора в Dragon Age: Inquisition. В начале игры в […]
  • Поголовье коров в россии 2020 Общее поголовье КРС в хозяйствах всех категорий в 2018 году составило 18 152 тыс. голов, что на 5,8% меньше, чем в 2013 году, когда поголовье составляло 19 273 тыс. голов. Наибольшее […]
  • Где живут корова Одомашненный крупный рогатый скот живет на фермах или ранчо и хранится в амбарах или других средствах укрытия. В дикой природе они будут жить в лесных районах с большим количеством […]
  • Машинная дойка коров Редактор Г.А.Зайцева Ответственный за выпуск В. Г. Звиняцковский. Разработаны Всесоюзным научно-исследовательским институтом животноводства, Всесоюзным научно-исследовательским институтом […]
  • Лаванда коров Дэйри Голд Лаванда - специальный гигиенический продукт, для защиты коровы от мастита и косметического ухода за кожей сосков после каждой дойки. Для круглогодичного использования.После […]
  • Какой округ коров 166700, Ненецкий ао, пос. Искателей, ул. Монтажников, д. 7 Рабочее время: с 8: 30 до 17: 30 Перерыв: с 12: 30 до 13: 30 Выходные дни: суббота, воскресенье Казаченко Григорий […]

Монтаж и обработка деревянных перил на строящейся лестнице

Это видео прекрасно иллюстрирует технологию изготовления и монтажа деревянных перил на лестнице. Можно подсмотреть способ крепления балясин, процесс сборки и обработки наборного винтового деревянного поручня.

В качестве дополнения мастерам, делающим лестницу самостоятельно, может быть полезна информация о том, как осуществляется крепеж для деревянных лестниц в вариантах крепления ступеней на косоуры, тетивы или прямо к стене.

Минимум 40 человек покалечил бык во время шоу в Испании (ВИДЕО)

Разъяренный бык вырвался за ограждение арены для корриды на севере Испании, травмировав около 40 зрителей, в том числе и детей. Один ребенок сейчас находится в реанимации – он пострадал больше всех. Животное перепрыгнуло через защитные ограждения и ринулось в толпу зрителей. Организатором удалось поймать и связать быка лишь чрез 15 минут после начала шоу, пишет испанское издание Diario de Navarra.

Инцидент произошел накануне, около 7 вечера по местному времени в небольшом городке Тафалья, провинция Наварра. Бык прорвался через заградительный барьер и запрыгнул на зрительскую трибуну. В толпе животное металось из стороны в сторону, в итоге затоптало и искалечило рогами около 40 зрителей, в том числе и детей. Люди разбегались в разные стороны, некоторые пытались спрыгнуть через перила на песок арены, хотя там было довольно высоко.

В основном, ранения людей оцениваются врачами как несерьезные — это синяки и ушибы, хотя некоторые пострадавшие провели ночь в местной больнице. Самые серьезные травмы получил десятилетний мальчик, которого бык затоптал буквально сразу после того, как попал на зрительскую трибуну. Ребенок находится в реанимации. Кроме того, удар рогом получил мужчина 47 лет, которого также госпитализировали в больницу.

Рекортадоры, участвующие в шоу с быками, мероприятия смогли поймать, связать а потом и убить обезумевшее животное только спустя 15 минут. Эти люди выполняют с быками акробатические трюки – выходят на арену без оружия и, в отличие от тореадоров в корриде, не убивают быков.

Инциденты, подобные этому, происходят крайне редко. Зная то, что быки достаточно часто пытаются броситься на установленные вокруг арен заграждения, организаторы делают их очень высокими, однако иногда животным все же удается их преодолеть.

Организаторам будет предъявлено обвинение в халатности, повлекшей вред здоровью людей.

История человечества включает не только историю открытий и свершений, но и историю войн и пыток. В древние времена одним из самых страшных орудий казни был медный бык, в его чреве погиб сам его создатель. Темные страницы истории в буквальном смысле этого слова содержат страшные методы пыток, повергающие сейчас в шок.

В истории можно найти довольно много ужасного – от распятия и до железной девы. Еще в Древней Греции была придумана одна из самых изощренных садистских форм пыток. Ее широко использовал тиран Фаларид. Тиран Акрагаса — Фаларид был бессердечным садистом, прославившимся беспримерной жестокостью в любых ситуациях. Легенды о нем гласили, что тиран употреблял мясо младенцев. Известен такой факт, что по его указанию пленные были брошены в кратер Этны. Как-то афинский медник Перилл поделился с Фаларидом о своем новом изобретении – устройстве для пыток и казни, вселявшем страх в сердца врагов тирана – о знаменитом медном быке.

Древние греки это ужасное орудие казни в виде Быка Фаларида воспринимали как символ абсолютной власти. Это давало возможность понять, почему такие существа, как «минотавр» пользовались широким спросом в греческой мифологии. Отдельные греки верили в Молоха – Бога с бычьей головой, требовавшего человеческих жертв. Для медного быка вдохновением служила только эта жестокая и древняя форма поклонения быку.

Машина-монстр и её использование.

Медный бык представлял собой устройство очень простой конструкции, но имело дьявольский замысел. Это устройство изготавливалось полностью из меди, и имело вид и размер настоящего быка с полой камерой, расположенной внутри него. Человека перед казнью сажали в эту камеру, и запирали ее снаружи. Потом под брюхом быка разжигали костер, нагревающий его до того момента, пока жертва внутри не зажаривалась до смерти внутри нее.

Перилл — земляк Фаларида был замечательным художником, но в тоже время он был очень злым человеком, стремящимся изобретением новой формы пытки привлечь его внимание. Художник, открыв заднюю часть животного, сказал ему, что если он желает кого-то наказать, то нужно его закрыть изнутри, вставить трубы в ноздри быка и приказать огонь разжечь под ним. После этого запертый узник начнет реветь и визжать в бесконечной агонии, а его крики Фаларид должен как нежнейшее мелодичное мычание услышать через эти трубы. Таким образом, жертва будет наказана, а садист будет получать удовольствие от такой музыки.

Согласно легенде, Перил рассказал Фалариду о том, что крики заключенного должны донестись к нему через трубы как нежнейшее мелодичное мычание. Мучитель, потрясенный этими словами, приказал на самом создателе испытать акустическую систему, и после этого Перила втолкнул вовнутрь быка. Вскоре Фаларид из чрева быка услышал страшные звуки. Но мучитель не дал ремесленнику полностью сгореть в камере, а он его вытащил из камеры и сбросил с вершины горы. По иронии судьбы, тиран Фаларида, после того, как он был свергнут Телемахом, был подвергнут такой пытке и сожжен в медном быке.

Мыс Бык – удивительное творение природы, одно из украшений сухонского ландшафта. Он расположен на левом берегу Сухоны в месте впадения в неё реки Верхней Ёрги. Это вытянутый эрозионный останец, образовавшийся в результате деятельности Сухоны и быстротекущей Ёрги. Считается, что этот мыс напоминает пьющего воду огромного быка. Но «быком» в русском языке также принято называть пирамидальный выступ-контрфорс, поддерживающий стену или опору моста. С таким «быком» мыс, пожалуй, имеет больше сходства.

В 1987 году мыс Бык вошёл в число памятников природы областного значения. Общая площадь этой особо охраняемой природной территории – 64,7 гектара. Территория охраняется государством в целях сохранения уникальных природных ландшафтов и редких, исчезающих видов растений. Мыс сложен из чередующихся ярко окрашенных слоёв известняков и мергелей, в которых встречается множество окаменевших останков представителей низших ракообразных – остракод. Исследование мыса представляет интерес для геологической науки.

Когда-то в мысу со стороны Ёрги была штольня, где добывался известняк для местных нужд. Сейчас вход в неё закрыт осыпью. Возможно, с этой штольней связана старинная легенда, повествующая о разбойниках, которые обитали в этих местах: «В высоких берегах Ёрги разбойники наделали пещер, а подступ к ним только они и знали. В «Быке» были две пещеры: одна глядит на Сухону, другая глядит на Ёргу, и обе соединены ходом. Это были сторожевые пещеры разбойников. Богатство своё разбойники хранили на острове в верховьях Ёрги, где лежал путь на реку Устью. Остров был на озере, а озеро было не простое, а заколдованное – никто его не мог переплыть. Гибли в пучине люди и гибли лодки. Только разбойники знали дорогу на остров, где был курган. В кургане прятали они свои богатства. Слово ли знали какое, или перехитрили нечистую силу, но только построили они из брёвен мост под водой на остров. По этому мосту пешими, по пояс в воде, держась за резные перила, переходили они с берега на остров. Прослышали о богатствах кургана местные крестьяне, но нигде не могли найти того места. Разбойники погибли или умерли, то нам не ведомо, но перестали ходить по Ёрге, а курган и поныне стоит, да ходу к нему нет – окружился болотом, а болото топкое».

Местные жители теперь решили назвать это место «Могильным мостом»

Жители Ухоловского района утверждают, что перила для моста в Ухолове сделали из могильной ограды. Об этом в четверг, 22 февраля, в группе «Подслушано в Ухолово» написал один из жителей поселка.

«Что за срамота, позорище. Оградой с могилы сделали на мосту перила. Назовем его Могильный мост. «, — написал пользователь.

Как оказалось, эти перила были поставлены еще в сентябре и действительно напоминают могильную ограду.

< Грач На реке : Весенние картинки
автор Антон Павлович Чехов (1860—1904)
Гриша >
Дата создания: 1886, опубл.: «Петербургская газета», 1886, № 88, 31 марта, стр. 3—4, отдел «Летучие заметки». Подпись: А. Чехонте.. Источник: http://feb-web.ru/feb/chekhov/texts/sp0/sp5/sp5-076-.htm (Приводится по: А. П. Чехов . Сочинения в 18 томах // Полное собрание сочинений и писем в 30 томах. — М.: Наука, 1976. — Т. 5. [Рассказы. Юморески], 1886. — С. 76—82. )

— Лед тронулся! — слышны крики среди ясного, весеннего дня. — Ребята, лед идет!

Лед трогается аккуратно каждую весну, но, тем не менее, ледоход всегда составляет событие и злобу дня. Заслышав крики, вы, если живете в городе, бежите к мосту, причем на лице у вас такое серьезное выражение, как будто бы на мосту совершается убийство или дневной грабеж. Такое же выражение и у мальчишек, которые бегут мимо вас, у извозчиков, у торговок. На мосту уже собралась публика. Тут гимназисты с ранцами, барыни в ватерпруфах, две-три рясы, черномазый мальчишка, держащий за уши только что сшитые сапоги, поддевки всех сортов, солдатики. Все, свесившись через перила моста, молчат, не двигаются и вопросительно глядят вниз на реку. Молчание гробовое, лишь городовой рассказывает какому-то господину в мохнатом пальто и с клапаном на спине о том, насколько прибыла вода, да изредка проезжают с шумом извозчики. Городовой говорит вполголоса. Когда речь идет об аршинах, лицо делается серьезным, вытянутым, почти испуганным, когда же он говорит о вершках, то на лице его появляется выражение жалости и нежности, как будто вершки его дети.

Свесившись через перила, вы тоже глядите на реку и — какое разочарование! — вы ожидали треска и грохота, но ничего не слышите, кроме глухого, однозвучного шума, похожего на очень отдаленный гром. Вместо чудовищной ломки, столкновений и дружного натиска, вы видите безмятежно лежащие, неподвижные груды изломанного льда, наполняющего всю реку от берега до берега. Поверхность реки изрыта и взбудоражена, точно по ней прошелся великан-пахарь и тронул ее своим громадным плугом. Воды не видно ни капли, а только лед, лед и лед. Ледяные холмы стоят неподвижно, но у вас кружится голова и кажется, что мост вместе с вами и с публикой куда-то уходит. Тяжелый мост мчится вдоль реки вместе с берегами и рассекает своими быками груды льда. Вот одна большая льдина, упершись о бык, долго не пускает мост бежать от нее, но вдруг, как живая, начинает ползти по быку вверх, прямо к вашему лицу, словно хочет проститься с вами, но, не выдержав своей тяжести, ломается на два куска и бессильно падает. Вид у льдин грустный, унылый. Они как будто сознают, что их гонят из родных мест куда-то далеко, в страшную Волгу, где, насмотревшись ужасов, они умрут, обратятся в ничто.

Скоро холмы начинают редеть, и между льдинами показывается темная, стремительно бегущая вода. Теперь обман исчезает и вы начинаете видеть, что двигается не мост, а река. К вечеру река уже почти совсем чиста от льда; изредка попадаются на ней отставшие льдины, но их так мало, что они не мешают фонарям глядеться в воду, как в зеркало.

— Это еще не ледоход! — говорят на мосту. — А вот будет ледоход, когда лед с верховьев пойдет. Нынче в обед приехал один из N—ского уезда. Сказывает, что там уже тронулся лед… Стало быть, ожидать его здесь нужно завтра.

Действительно, на другой день пасмурно, дует холодом и сыростью. Такая резкая перемена погоды показывает, что где-то на большом пространстве идет лед… На мосту стоит публика и опять глядит на реку. Вода стоит высоко, но поверхность еще чиста и гладка. Зрители нетерпеливо зевают и пожимаются от холода. Но вот показывается на поверхности реки большая льдяная глыба. За ней, как за козлом в стаде, в почтительном отдалении тянется несколько глыб поменьше… Слышится удар глыбы о бык моста. Она разбилась, и части ее в смятении, кружась и толкаясь, бегут под мост… На повороте показывается новая глыба, за ней другая, третья… и скоро воздух наполняется глухим шумом, который слышался вчера. Вы видите уже не тутошний лед, а чужой, с далеких верховьев.

Скоро и этот лед пропадает, но с его уходом еще не оканчивается весеннее оживление реки. Тотчас же после ледохода начинают показываться плоты.

Плоты следует наблюдать не в городе, а где-нибудь подальше, хотя бы у тех таинственных верховьев, откуда шел последний лед.

Вот по речонке Жиже, лавируя и извиваясь змеей, несется длинный плот. Летом Жижа представляет собой лужицу, которую вы не увидите из-за густого ивняка и перейдете вброд где хотите, теперь же она неузнаваема. Глядите на нее и диву даетесь: откуда могла взяться такая прыть? Она надувается, топорщится и грозит затопить всю землю. С большим плотом она обращается, как с маленькой щепкой. Этот плот запоздал и принадлежит к числу последних, которым грозит возможность застрять на полдороге. Купец Макитров вчера уже пустил шесть плотов; на этом следовало бы и остановиться, но жадность одолела, и он сегодня пустил еще седьмой, хотя его и предупредили, что вода пошла на убыль.

На плоту копошится человек двадцать мужиков и баб. Настоящий мужик, который сыт и одет, не пойдет в сплавщики, а потому вы видите здесь одну только сплошную голь. Народишко всё малорослый, сутуловатый, угрюмого вида, словно огрызенный. Все в лаптях и в такой одежонке, что, кажется, если взять мужика за плечи и хорошо потрясти его, то висящие на нем лохмотья посыплются на землю. У каждого из них свое лицо: есть рыжие, как глина, и смуглые, как арабы; у одного на лице волос едва пробивается, у другого всё лицо космато, как у зверя; у каждого своя рваная шапка, свои лохмотья, свой голос, но, тем не менее, все они непривычному глазу кажутся одинаковыми, так что долго нужно побыть между ними, чтобы научиться разбирать, кто из них Митрий, кто Иван, кто Кузьма. Такое разительное сходство придается им одной общей печатью, которая лежит на всех бледных, угрюмых лицах, на всех лохмотьях и рваных шапках, — невылазной бедностью.

Работа их непрерывна. Что ни шаг, то Жижа делает поворот, а потому то и дело приходится перебегать с краю на край и работать шестами, чтобы несущийся плот не налетел на берег или не наскочил на утес, о который он мог бы разорваться… Все красны, вспотели и тяжело дышат… Ни один не сидит, хотя среди плота и раскидана солома для сиденья. Бабы, с заболтанными, мокрыми подолами, тощие и оборванные, делают то же, что и мужчины…

Оба берега залиты ярким светом полуденного солнца, и перед глазами сплавщиков мелькают картины одна другой краше. С быстротою птицы проносятся перед ними леса, пашни, деревни, барские усадьбы… Вот они видят перед собой на высоком крутом берегу белую церковь с зеленым куполом. Прошла минута, и церкви уж нет, а видна только равнина, далеко залитая сердитой Жижей; за равниной тянется черная пашня, над которой пестрят не то грачи, не то галки… Вот высокий и длинный, как грабли, мужик гонит по берегу тощую корову с одним рогом… Далее барская усадьба: на балкончике стоит барыня с зонтиком и спешит указать девочке на плот; какой-то молодой человек в венгерке и высоких сапогах заглядывает в вершу… Потом опять пашня, лес, деревня… Если теперь оглянуться назад, то белая церковь едва белеет на горизонте, а мужика с коровой и след простыл… Но не думайте, что плот далеко ушел. Проходит еще немного времени, и сплавщики видят на горизонте что-то белое… Начинают вглядываться и — что за чудеса? — они несутся к той церкви, которую только что оставили назади… Чем ближе подходят к ней, тем больше убеждаются, что это она, та самая, на крутом берегу и с зеленым куполом… Вот уж видны ее окна, крест на верхушке, труба на крыше… Проехать еще минутку, и сплавщики будут у самой церкви, но плот круто поворачивает, и церковь опять остается назади…

Улучив минутку, три-четыре сплавщика сходятся на средине плота, глядят друг на друга и тяжело дышат. Это они отдыхают. Между ними вы увидите единственного человека в сапогах, сапогах ужасных, кривых, рыжих, но всё-таки сапогах. Храм оставленный — всё храм! В сапоги засунуты узкие суконные брючки, до того никуда не годные, что и критиковать их даже грех. Человек в сапогах одет в рваный полушубок, сквозь дыры которого видна жилетка. На большой голове его торчит бросовая гимназическая фуражка с поломанным козырьком и донельзя грязными кантами. Лицо его, испитое и обрюзглое, не похоже на лица остальных сплавщиков… Одним словом, это личность, без которой теперь на Руси не обходится ни одна артель, ни один кабак, ни один сброд нищих и убогих… Эта личность страшно пришиблена судьбой, проникнута насквозь сознанием своей низменности, а потому всячески старается скрыть свое «благородство», в котором ее подозревают… В рваном деревенском полушубке ей гораздо легче дышится, чем в потертом пальто или жилетке, которую вы, расщедрившись, вздумаете ей пожертвовать. Расспрашивать, кто она, откуда, кем была и о чем теперь помышляет, жалко да и бесполезно. Спросите только, и она наврет вам, что она была и в офицерах, и в актерах, и в заточении…

На плоту зовут эту личность Диомидом. В сплавщики Диомид попал не столько из желания заработать три-четыре рубля, сколько обрадовавшись случаю проехать задаром в город и избежать таким образом пешего хождения… Новизна дела занимает его, и он всячески старается не уступать мужикам в трудолюбии. Он так же, как и они, бегает с края на край, суетится, тычет шестом, потеет, еле дышит, но непривычка сказывается в каждом его движении. Не понимает он дела, да кроме того слабосилен и скоро утомляется… Как только увидит, что двое-трое остановились отдохнуть, он непременно пристанет к ним.

Отдыхающие глядят друг на друга и начинают разговор. Тема для разговоров на плотах всегда одна и та же:

— Нонешние времена, это которое… сущая беда! — лепечет козлиная бородка в шапке с ушами. — Годов пять назад дешевле восьми рублей никакой сплавщик не брал. За восемь, сделай милость, поплыву, а дешевле не желаю… А нынче еле четыре дают, а? Сущее наказание! И отчего оно так стало, господь его знает!

— Народу много расплодилось… — хрипит борода лопатой. — Некуда его девать, народ-то этот. Ты за четыре не пойдешь, так другой за три пойдет. Прежде, бывало, ты бабу на плоту и за деньги не увидишь, а теперя, вишь, сколько их насажали! А баба глупа, она и за рупь пойдет…

— Четыре рубля… — бормочет козлиная бородка, задумчиво глядя на несущийся берег. — Четыре… История!

Диомид поехал не из-за денег, для него всё равно, что четыре, что восемь рублей, но, чтобы ввязаться в разговор, он считает нужным поддакнуть.

— М-да… — говорит он. — Деньги паршивые. А всё оттого, братцы, что купец разжирел. Боится с деньгами расстаться…

Собеседники не отвечают Диомиду. Они глядят вперед, куда летит плот, и видят белеющее пятно. Плот опять несет к той же белой церкви. Божий храм ласково мигает им солнцем, которое отражается в его кресте и в лоснящемся зеленом куполе, и словно обещает не упускать их из виду.

— Одначе какие выкрутасы тут река делает! — говорит Диомид. — Плывем, плывем, и всё на одном месте вертимся…

— Ежели прямо в город ехать, то верст пятьдесят будет, а ежели рекой, то и шестьсот наберется. Эх, дал бы только бог, вода не сбывала, завтра ввечеру на месте будем…

День проходит благополучно, без приключений, но к вечеру плот наскакивает на беду. Сплавщики вдруг сквозь начинающиеся сумерки усматривают на реке препятствие: у одного берега стоит крепко привязанный паром, а от парома к другому берегу тянутся жидкие, едва только сколоченные лавы. Как проехать? На обоих берегах сильное движение. Несколько человек бегут навстречу плоту, машут руками и кричат:

— Стой! Стой! Черти собачие!

Оторопевшие сплавщики останавливают плот.

— Не сметь плыть дальше! — кричит какой-то толстяк с красным лицом и в длинном драповом пальто. — Я вас так пугну к чёрту с вашими дровами, что вы живы не останетесь! У меня уж и так два раза лавы ломали, а вам не позволю!

Сплавщики переглядываются, мнутся и снимают шапки.

— Ваше степенство, как же нам быть-то? — спрашивает один.

— Как знаете, а ломать лавы не позволю. У меня народ то и дело на фабрику ходит и без лав никак нельзя.

— Ваше благородие, уж вы будьте благонадежны! — галдят сплавщики плачущими голосами. — Сделайте милость! Мы ваши лавы соберем и к месту приставим, всё как следовает… по совести! Заставьте вечно бога молить!

— Ну да, знаю вас! Не сметь!

Красная физиономия грозит рукой и уходит. Сплавщики вешают носы.

— Как он смеет? — кипятится Диомид. — Что за самовольство? Не имеет он права до положенного срока лавы ставить! Ребята, вы наплюйте! Нечего на болвана глядеть!

Долго кипятится и ораторствует Диомид, до самой ночи сплавщики ходят по берегу без шапок и кланяются, но ничто не помогает… Приходится мириться с судьбой.

Всю ночь около лав горит огонек. Сплавщики, измокшие и продрогшие, молча и не давая себе ни минуты отдыха, перетаскивают через лавы свои бревна и увязывают их в новый плот. Над этой египетской работой копошатся они, как муравьи, до самого утра.

А утром опять плыть!

Это произведение перешло в общественное достояние в России согласно ст. 1281 ГК РФ, и в странах, где срок охраны авторского права действует на протяжении жизни автора плюс 70 лет или менее.

Если произведение является переводом, или иным производным произведением, или создано в соавторстве, то срок действия исключительного авторского права истёк для всех авторов оригинала и перевода.

Общественное достояние Общественное достояние false false