Баб доят как коров

Итак: введите в гугле запрос «купить грудное молоко» и получите сотни результатов, как женщины самостоятельно продает выцеженное из их груди молоко за гораздо большие деньги, чем коровье. Т.е. как точечная «личная» приработка это вполне практикуется. Почему же нельзя это поставить на производственные рельсы и не создать фабрики по производству молока?

На то есть несколько причин:

Лактация (выделение грудью молока) — это неудобно и иногда болезненно. Лактация чаще всего начинается при рождении ребенка, либо при регулярной стимуляции груди (что дает возможность даже ни разу не рожавшим девушкам вскормить чужого ребенка). Рожать много детей, чтобы лактация не прекращалась — не вариант. Самый логичный способ — пить гормоны, но они очень повлияют на внешность и поведение женщины. Мало кто пойдет на такие жертвы ради столь сомнительного заработка.

Для достижения производственного уровня «удоя» (извините за выражение) необходима весьма и весьма большого размера грудь (и когда я говорю «весьма», я имею в виду огромная). Что, может, кому то и нравится, но большинством воспринимается как что-то не очень эстетичное. Жертвовать красотой ради молока? Сомнительно

Возникают этические вопросы. Ведь коровы — производственный ресурс. Они дают молоко, дают телят, затем дают мясо. Все просто и понятно.

С женщинами все не так просто. Но при производственных технологиях, руководители будут вынуждены рассматривать как ресурс, причем не силовой или интеллектуальный, как это происходит сейчас, а именно «молочный». Что неэтично.

Я не сказочник, эту интересную историю рассказал мне мой друг Васька из деревни .

Стало в этой деревне, что то происходить. У коров пропадать молоко, не у всех сразу, а так сегодня у этой буренки нет, а завтра баба Нюра из соседнего дома орать на пастуха и кидаться начинает куда молоко дел паразит.

Конечно сразу все на Федьку пастуха стали думать, мол растяпа наших коров доят, а он спит в теньке под кустом где нибудь. Федьку решили из пастухов убрать.

Сегодня утром вышел Степаныч мужик опытный. Как обычно вечером возвращается с пастбища с деревенским стадом. Вечером Клавка прибегает у Машки все молоко сдоено. Ну как так то? Я глаз не сводил с них. Я тебе не верю, проворонил.

Всю ночь Степаныч не смог уснуть, почему у коров пропадает молоко?

Так возьму как я себе напарника, Лешку все равно на каникулах бездельничает.

А, что еще было заметно корова у которой пропало молоко, становятся спокойные, но глаза какие то тревожные.

Степаныч с Лешкой повели стадо в луга. Но сегодня мы точно в поймаем ворошку, да!? С нами еще присобачился кобель Марик, дворняга но иногда умнее меня.

Время полдень, жара, ветерка нет. Мы расположились под деревом. Стадо зашло в речку, стоят в воде, хвостами отгоняют мух и оводов (эти, ох как жалят).

Степаныч смотри, смотри ! Хотел громко закричать Лешка, но в последний момент произнес полушепотом. Одна корова в стороне замерла , и от нее по воде идут плесы и круги . Пойдем посмотрим, тихо-тихо мы подошли прям к краю берега и наблюдаем картину: от этой коровы из воды время от времени всплывает хвост. Лешка это сом , проговорил шепотом.

Стадо все ожило начали коровы двигаться и видно дойка прекратилась сом ушел. Так он в течении дня периодически доил коров, а возможно что и не он один. Но крупное «бревно» было, такого неводом или сетью не возьмешь разорвет в клочки.

Мне еще дед рассказывал историю, что сом доит коров. Потом как то поутихло и забылось. Так эдак сколько лет прошло, а сом до сих пор живой и про молоко помнит.

Корова ж. боденушка, птрусеня ипр. ласкат. самка крупнаго рогатаго скота: самецъ быкъ, а легченый волъ; до году теленокъ, теля: телокъ или бычек. теля мужскаго пола; телка, тёлочка, телушка, теля женскаго пола. Яловка, молодая корова, еще не телившаяся; яловая, временно праздная, безъ теленка, недойная; стельная, которая должна въ срокъ отелиться: дойная, дающая молоко. Корова ходитъ межмолокъ, межумолокъ, коли сд?ланъ ей запускъ, передъ новотеломъ, когда ея не доятъ; посл? телева с?в. или отелу, молочнику даютъ пососать нед?ли дв? и правятъ новотель: варятъ кашку на молок?, угощаютъ корову на блюд? сенцомъ и хл?бомъ съ солью, молятъ ея, или опрыскиваютъ по-домашнему св. водою. Корова обходилась въ стад?, она стельна, или не обходилась, не обошлась. осталась яловою; она заяловела, заматорела. когда два года или бол?е сряду не обходится, остается безъ телки. Недодойка, молодая, яловая; передойка, старая или заматорелая; нетель, яловка, вообще. Отьемышъ, отсаженный отъ матери сосунъ. Переходница, корова, которая не отелилась въ срокъ и не стельна, а осталась на этотъ годъ яловою; также яловица, оставшаяся такою и на четвертый годъ. Л?та коровы считаютъ по телятамъ, съ прибавкою трехъ годовъ: корова о пяти телятахъ, восьми л?тъ. По шерсти корова: б?лая, б?луха, б?лоха; серая; дымчатая или голубая; бурая, буренка; рыжая, редра (редра также б?логоловая, рыжепестрая); черная, жухола; б?лобрысая, б?ломордая. Зеркало у коровы, св?тлой шерсти задъ, внутренніе половины окороковъ. Четыре четырки, дв? растопырки, седьмой вертунъ? корова. Четыре ходастыхъ, два бодастыхъ, одинъ хл?бестунъ? то же. Два-ста бодаста, четыре-ста ходаста, пять-сто махай, то же. Два-ста рогаста, четыре-ста ходастъ, одинъ хтырокъ, да два ухтырка? то же. Два-ста рогаста, четыре-ста ходаста, одинъ махтунъ, два ухтахта? то же: два рога, четыре ноги, хвостъ, два уха. Два-ста пудаста, четыре-ста копыласта, одинъ болтунъ, да два ухтахта? корова: туловище, ноги, вымя и глаза. Красна баба повоемъ, а корова удоемъ. Корова на двор?, а вода на стол?. Корова на двор?, харчъ на стол?. Корову по удоямъ считать, и цены не будетъ. Корову по удоямъ считать — молока не видать. На корову стало, хватитъ и на подойникъ. С корову стало, съ подойникъ станетъ. Была бы корова, найдемъ и подойникъ. Купилъ мужикъ корову, привелъ домой, сталъ доить, анъ быкъ: инъ такъ и быть! Купилъ мужикъ корову, а вышелъ быкъ: инъ такъ и быть! Не дуйся (не дмись) коровка, не быть бычкомъ. Бодливой коров? Богъ рогъ не даетъ. Дологъ у коровы языкъ, да не велятъ говорить. Та бы корова молчала, которая подъ медв?демъ бывала! говор. мужъ жен?. Счастье не корова: не выдоишь. Не рука Макару коровъ доить (или телятъ водить). Самъ корову за рога держитъ, а сторонніе люди молоко доятъ. Сыта коровка, коли макухи не ?стъ. Привыкай, корова, ко ржаной солом?. Не голодна корова, коли въ стрех? солома. Корова не гостья, на повети с?но видитъ. Солощая корова два в?ка доить. Назнаком? и корову купить. Я не корова, съ меня будетъ и лохани, похлебки. И одна корова, да жрать здорова. Нищему гордость, что коровье седло. Пристало, какъ седло къ коров?. Обулъ корову въ лапти. Ясли за коровой не ходятъ. Будто корова языкомъ слизнула. Корова ляжетъ, хвоста негд? протянуть, тесно. Коровка бочокъ нагрела, первовесенье. Коровушка съ кошку, надоила съ ложку. Не вымемъ корова молоко даетъ (доить), а рыломъ, то есть по корму. Которая корова умерла, та и къ молоку добра была. Которая корова пала, та по три удоя давала! пропажи жалеютъ. Корова пала, стойло опростала. Не купилъ коровы, да завелъ подойникъ. Корову купилъ, а цену забылъ! укралъ. Вздумали думу худую, увели корову чужую. Взявъ коровку, возьми и привязь (подойникъ). На Пророка Малахію голодные в?дьмы задаиваютъ коровъ до смерти, юж. Защити мою коровушку, Святой. Егоруій, Власій и Протасій! Святой Мамантій коровамъ молока даетъ. Святой. Василій на овецъ шерсть. Лишній глазъ при дойк? коровы портитъ ея. На что и корова, была бы жена здорова! Не имей двухъ коровъ, имей одну дочь! насм?шка надъ подгородными. Продай мужъ корову, да купи баб? обнову. Хоть коровка(у) избыть, а сережка(у) купить. Р?ка вскрылась въ постный день — коровы будутъ недойны. Если корова вымнеетъ съ заднихъ вымей, принесетъ бычка: съ переднихъ — телку. Если принесетъ корова двойней одношерстыхъ — къ добру, а коли разношерстыхъ, къ худу. Черная или пестрая корова впереди стада, къ ненастью: б?лая и рыжая, къ вёдру. Куда стельная корова головой ложится (на полночь или на полдень), тогда и отелится. Чтобы стельная корова принесла телку (не бычка), баба идетъ доить ея въ посл?дній разъ верхомъ на сковородникъ. Егорьевская корова комола, роженая на Егорья. Б?логоловая корова въ подворотню глядитъ? месяцъ. Черная корова весь миръ поборола? ночь. Сквозь лошадь и корову свинью и л?нь волокутъ? тачанье сапоговъ. Корова комола, лобъ широкій, глаза узеньки, въ стад? не пасется, въ руки не дается? медв?дь. Черненька коровка, рожки жел?зны, т?мъ и полезна: замній день по дважды, л?тній однажды, на камешекъ доитъ, межмолокъ не ходитъ? огниво. Утка въ юбк?, курочка въ сапожкахъ, селезень въ сережкахъ, корова въ рогож?, да вс?хъ дорож?! Морская корова, сосунъ (млекопитающее) Восточнаго океана, капумтникотъ морской капусты, водоросяей), манати, Rythina , Manati ; нын? вовсе вымершій. || черноморск. Рыба Urancopus scraber . Коровка умал. коровушка ласкательное коровенка, — вишка унизительное коровища увеличительное. Коровка, растен. Archangellica offic .; || влд. грибъ боровикъ; || коровка, растен. коровникъ, дягель, дягильникъ. || Verbascum , вербишникъ, царская св?ча. || Коровникъ, хл?въ для коровъ, закута; || прислужникъ за коровами, за скотомъ. Божья коровка, букашка Coccionella , аленькая съ черными точками. Коровка, у плотниковъ: закругленный вырубъ въ концахъ бревенъ, при рубк? избъ; самая щепа оттуда, Коровками печь топятъ. || Коровка? мск. лепешка колядчикамъ. Божья коровка, полетай за Волгу: тамъ тепленько, зд?сь холодненько. Коровій, къ коров? относящійся. Кусочекъ съ коровій носочекъ. Коровій цв?тъ, растен. Caltha palustris , изъ жабниковъ. — трава, Camelina sativa . — петрушка, кервель, растен. Anthriscus sylvestris . Коровья смерть. чума на скотъ, падежъ, олицетворяется въ народ?, въ вид? какаго-то оборотня. Коровій праздникъ. 18 апреля, день Св. Власія. На Агавью коровья смерть ходитъ, 5 февръ. Масло коровье кушай на здоровье. Отольются медв?дю коровьи слезы. Щеголь, да ноги коровьи. Овсяная каша хвалилась, будто съ коровьимъ масломъ родилась. Вид?лъ во сн? коровій сл?дъ, на яву масломъ отрыгается. Коровниковъ, коровницынъ, ему, ей принадлежащій. Коровничій, къ нимъ относящійся. Коровятина, коровье мясо. И туша, да корвятина. Коровятка ж. нвг. портянка, шерстяная онуча. Коровина ж. коровья шерсть. Это чистый поярокъ, безъ корвины. Коровикъ, коровій грибъ, грибъ Boletus bovinus . Коровятникъ м. твр. грибъ масленикъ? || влгд. боровикъ, Bolet . mutabilis ? Короватикъ влгд. коровеникъ ярс. коровикъ влд. коровякъ кстр. коровка влд. б?лый грибъ, иногда и боровикъ. || Коровякъ также грибъ поганка, Agaricus comatus ; || растен. царскій скипетръ, Verbascum thapsus , иные назыв. такъ одурникъ, красавицу, Atropa belladonna . Коровичъ м. тул. шуточн. бранн. малоросъ, хохолъ. Коровьякъ куръ, коровій пометъ, навозъ, ктъ)изякъ. Коровничать, заниматься уходомъ за коровами. Коровячникъ м. пташка плистовка, желтая трясогузка или мухоловка, Motacilla .

Корова ж. боденушка, птрусеня и пр. ласкат. самка крупного рогатого скота: самец бык, а легченый вол; до году теленок, теля: телок или бычек. теля мужского пола; телка, тёлочка, телушка, теля женского пола. Яловка, молодая корова, еще не телившаяся; яловая, временно праздная, без теленка, недойная; стельная, которая должна в срок отелиться: дойная, дающая молоко. Корова ходит межмолок, межумолок, коли сделан ей запуск, перед новотелом, когда ее не доят; после телева сев. или отелу, молочнику дают пососать недели две и правят новотель: варят кашку на молоке, угощают корову на блюде сенцом и хлебом с солью, молят ее, или опрыскивают по-домашнему св. водою. Корова обходилась в стаде, она стельна, или не обходилась, не обошлась. осталась яловою; она заяловела, заматорела. когда два года или более сряду не обходится, остается без телки. Недодойка, молодая, яловая; передойка, старая или заматорелая; нетель, яловка, вообще. Отьемыш, отсаженный от матери сосун. Переходница, корова, которая не отелилась в срок и не стельна, а осталась на этот год яловою; также яловица, оставшаяся такою и на четвертый год. Лета коровы считают по телятам, с прибавкою трех годов: корова о пяти телятах, восьми лет. По шерсти корова: белая, белуха, белоха; серая; дымчатая или голубая; бурая, буренка; рыжая, редра (редра также белоголовая, рыжепестрая); черная, жухола; белобрысая, беломордая. Зеркало у коровы, светлой шерсти зад, внутренние половины окороков. Четыре четырки, две растопырки, седьмой вертун? корова. Четыре ходастых, два бодастых, один хлебестун? то же. Два-ста бодаста, четыре-ста ходаста, пять-сто махай, то же. Два-ста рогаста, четыре-ста ходаст, один хтырок, да два ухтырка? то же. Два-ста рогаста, четыре-ста ходаста, один махтун, два ухтахта? то же: два рога, четыре ноги, хвост, два уха. Два-ста пудаста, четыре-ста копыласта, один болтун, да два ухтахта? корова: туловище, ноги, вымя и глаза. Красна баба повоем, а корова удоем. Корова на дворе, а вода на столе. Корова на дворе, харч на столе. Корову по удоям считать, и цены не будет. Корову по удоям считать — молока не видать. На корову стало, хватит и на подойник. С корову стало, с подойник станет. Была бы корова, найдем и подойник. Купил мужик корову, привел домой, стал доить, ан бык: ин так и быть! Купил мужик корову, а вышел бык: ин так и быть! Не дуйся (не дмись) коровка, не быть бычком. Бодливой корове Бог рог не дает. Долог у коровы язык, да не велят говорить. Та бы корова молчала, которая под медведем бывала! говор. муж жене. Счастье не корова: не выдоишь. Не рука Макару коров доить (или телят водить). Сам корову за рога держит, а сторонние люди молоко доят. Сыта коровка, коли макухи не ест. Привыкай, корова, ко ржаной соломе. Не голодна корова, коли в стрехе солома. Корова не гостья, на повети сено видит. Солощая корова два века доить. Назнакоме и корову купить. Я не корова, с меня будет и лохани, похлебки. И одна корова, да жрать здорова. Нищему гордость, что коровье седло. Пристало, как седло к корове. Обул корову в лапти. Ясли за коровой не ходят. Будто корова языком слизнула. Корова ляжет, хвоста негде протянуть, тесно. Коровка бочок нагрела, первовесенье. Коровушка с кошку, надоила с ложку. Не вымем корова молоко дает (доить), а рылом, то есть по корму. Которая корова умерла, та и к молоку добра была. Которая корова пала, та по три удоя давала! пропажи жалеют. Корова пала, стойло опростала. Не купил коровы, да завел подойник. Корову купил, а цену забыл! украл. Вздумали думу худую, увели корову чужую. Взяв коровку, возьми и привязь (подойник). На Пророка Малахию голодные ведьмы задаивают коров до смерти, юж. Защити мою коровушку, Святой. Егоруий, Власий и Протасий! Святой Мамантий коровам молока дает. Святой. Василий на овец шерсть. Лишний глаз при дойке коровы портит ее. На что и корова, была бы жена здорова! Не имей двух коров, имей одну дочь! насмешка над подгородными. Продай муж корову, да купи бабе обнову. Хоть коровка(у) избыть, а сережка(у) купить. Река вскрылась в постный день — коровы будут недойны. Если корова вымнеет с задних вымей, принесет бычка: с передних — телку. Если принесет корова двойней одношерстых — к добру, а коли разношерстых, к худу. Черная или пестрая корова впереди стада, к ненастью: белая и рыжая, к вёдру. Куда стельная корова головой ложится (на полночь или на полдень), тогда и отелится. Чтобы стельная корова принесла телку (не бычка), баба идет доить ее в последний раз верхом на сковородник. Егорьевская корова комола, роженая на Егорья. Белоголовая корова в подворотню глядит? месяц. Черная корова весь мир поборола? ночь. Сквозь лошадь и корову свинью и лень волокут? тачанье сапогов. Корова комола, лоб широкий, глаза узеньки, в стаде не пасется, в руки не дается? медведь. Черненька коровка, рожки железны, тем и полезна: замний день по дважды, летний однажды, на камешек доит, межмолок не ходит? огниво. Утка в юбке, курочка в сапожках, селезень в сережках, корова в рогоже, да всех дороже! Морская корова, сосун (млекопитающее) Восточного океана, капумтник(от морской капусты, водоросяей), манати, Rythina , Manati ; ныне вовсе вымерший. || черноморск. Рыба Urancopus scraber . Коровка умал. коровушка ласкательное коровенка, — вишка унизительное коровища увеличительное. Коровка, растен. Archangellica offic .; || влд. гриб боровик; || коровка, растен. коровник, дягель, дягильник. || Verbascum , вербишник, царская свеча. || Коровник, хлев для коров, закута; || прислужник за коровами, за скотом. Божья коровка, букашка Coccionella , аленькая с черными точками. Коровка, у плотников: закругленный выруб в концах бревен, при рубке изб; самая щепа оттуда, Коровками печь топят. || Коровка? мск. лепешка колядчикам. Божья коровка, полетай за Волгу: там тепленько, здесь холодненько. Коровий, к корове относящийся. Кусочек с коровий носочек. Коровий цвет, растен. Caltha palustris , из жабников. — трава, Camelina sativa . — петрушка, кервель, растен. Anthriscus sylvestris . Коровья смерть. чума на скот, падеж, олицетворяется в народе, в виде какого-то оборотня. Коровий праздник. 18 апреля, день Св. Власия. На Агавью коровья смерть ходит, 5 февр. Масло коровье кушай на здоровье. Отольются медведю коровьи слезы. Щеголь, да ноги коровьи. Овсяная каша хвалилась, будто с коровьим маслом родилась. Видел во сне коровий след, на яву маслом отрыгается. Коровников, коровницын, ему, ей принадлежащий. Коровничий, к ним относящийся. Коровятина, коровье мясо. И туша, да корвятина. Коровятка ж. нвг. портянка, шерстяная онуча. Коровина ж. коровья шерсть. Это чистый поярок, без корвины. Коровик, коровий гриб, гриб Boletus bovinus . Коровятник м. твр. гриб масленик? || влгд. боровик, Bolet . mutabilis ? Короватик влгд. коровеник ярс. коровик влд. коровяк кстр. коровка влд. белый гриб, иногда и боровик. || Коровяк также гриб поганка, Agaricus comatus ; || растен. царский скипетр, Verbascum thapsus , иные назыв. так одурник, красавицу, Atropa belladonna . Корович м. тул. шуточн. бранн. малорос, хохол. Коровьяк кур, коровий помет, навоз, к(т)изяк. Коровничать, заниматься уходом за коровами. Коровячник м. пташка плистовка, желтая трясогузка или мухоловка, Motacilla .

Читайте так же:

  • Чем поить теленка при поносе Авторы Сильвия Кегоу Джуд Хайнрикс Государственный университет Пенсильвании Отделение молочного животноводства и зоологии Введение Восстанавливающие водный баланс растворы для приема […]
  • Лечение перикардита у коровы ТРАВМАТИЧЕСКИЙ ПЕРИКАРДИТ (Pericarditis traumatica), воспаление перикарда, возникающее вследствие его повреждения. Наблюдают гл. обр. у кр. рог. скота. Т. п. развивается обычно как […]
  • Бык на спине Значение тату с быком всегда было четким и ясным. Бык является воплощением мужского начала, но не только им, а еще и производительной мужской силы. Бык всегда связан с чем-то мощным, […]
  • Строение желудок коровы Сегодня мы поговорим о том, сколько желудков у коровы. Это сельскохозяйственное животное, которое питается растительным кормом и грубой пищей. Поэтому его пищеварительная система […]
  • Физико-химический состав молока коров Научные публикации аграриев Брянщины Химический состав молока коров черно-пестрой породы различных генотипов Длительное время селекцио­неры в нашей стране занима­лись в основном […]
  • Самые популярные породы коров в россии Корова является одним из популярных представителей крупного рогатого скота. Это животное чаще других можно встретить на деревенском подворье или в фермерском хозяйстве. Корова незаменима и […]

Журнал Летучего Мыша: каждому свое и подобное к подобному

Я не сплю ночами для того, чтобы другие могли спокойно спать

Тезис о том, что русские – это коллективисты практически не подвергается сомнению. Причем коллективизм часто выводят из крестьянской общинности. Ну что ж, здесь уместно процитировать знатока крестьянской жизни XIX века, бизнесмена-аграрника Энгельгардта. В отличие от «скучающих бар», «ходивших в народ» послушать байки егеря у костра, а потом со всех ног бежавших домой в Москву и Петербург, чтобы там рассказывать о крестьянах духоносцах-миросозерцателях, Энгельгардт занимался в деревне бизнесом и контактировал со «святорусскими мужичками» по деловым вопросам. Чтобы успешно вести бизнес, надо знать своих деловых партнеров, поэтому Энгельгардту я доверяю больше, чем всяким поэтам-писателям. И вот что он пишет, в своих «Письмах из деревни»:

«В моих письмах я уж много раз указывал на сильное развитие
индивидуализма в крестьянах; на их обособленность в действиях, на
неумение, нежелание, лучше сказать, соединяться в хозяйстве для
общего дела. На это уже указывают и другие исследователи
крестьянского быта. «

«Крестьянский двор зажиточен, пока семья велика и состоит из
значительного числа рабочих, пока существует хотя какой-нибудь
союз семейный, пока земля не разделена и работы производятся
сообща. Обыкновенно союз этот держится только, пока жив старик, и
распадается со смертью его.»

Но вот самое характерное:

«Хозяином считается один из братьев. Все
братья, хотя и молодцы на работу, но, люди не очень умные и
бойкие, смиренные, рахманные, как говорят мужики, даже тупые,
совершенно подчиненные своим женам. Бабы же, как на подбор,
молодица к молодице, умные — разумеется, по-своему, по-бабьему, —
здоровые, сильные, все отлично умеют работать и действительно
работают отлично, когда работают не на двор, а на себя, например,
когда зимою мнут у меня лен и деньги получают в свою пользу.
Хозяйство в этом дворе в полнейшем беспорядке; бабы хозяина и
мужей не слушают, на работу выходят поздно, которая выйдет ранее,
поджидает других, работают плохо, спустя рукава, гораздо хуже
батрачек, каждая баба смотрит, чтобы не переработать, не сделать
более, чем другая. Все внутренние бабьи, хозяйственные работы
производятся в раздел. Так, вместо того, чтобы поставить одну из
баб хозяйкой, которая готовила бы кушанье и пекла хлебы, все бабы
бывают хозяйками по очереди и пекут хлеб понедельно — одну неделю
одна, другую — другая. Все бабы ходят за водою и наблюдают, чтобы
которой-нибудь не пришлось принести лишнее ведро воды, даже
беременных и только что родивших, молодую, еще не вошедшую в силу
девку, дочь старшего брата, заставляют приносить соответственное
количество воды. Точно так же по очереди доят коров; каждая баба
отдельно моет белье своего мужа и детей; каждая своему мужу дает
отдельное полотенце вытереть руки перед обедом, каждая моет свою
дольку стола, за которым обедают. Случилось, что в этом дворе
были у трех баб одновременно грудные дети, которых нужно было 268
подкармливать молочной кашей, между тем зимою во дворе была
всегда одна рано отелившаяся корова, так что все молоко должно
было идти на грудных детей. Казалось бы, чего проще хозяйке
выдоить ежедневно корову и сварить общую молочную кашу для всех
детей. Нет, ежедневно одна из баб-дитятниц, по очереди, доит
корову, молоко разделяется на три равные части, и каждая баба
отдельно варит кашу своему ребенку. Наконец, и этого показалось
мало — должно быть, боялись, что доившая может утаивать молоко, —
стали делать так: бабы доят коров по очереди, и та, которая доит,
получает все молоко для своего ребенка, то есть сегодня одна
невестка доит корову, получает все молоко себе, и потом три дня
варит своему ребенку кашу на этом молоке, завтра другая невестка
доит корову и получает все молоко себе, послезавтра третья.
Даже в полевых работах бабы этого двора вечно считаются.
Каждая жнет отдельную нивку и, если одна оставила высокое жнитво,
то и все другие оставляют такое же. Словом, работают хуже, чем
наемные батрачки. Бабы этого двора даже разные торговые операции
делают независимо от двора: одна из баб, например, арендует у
бедных крестьян несколько нивок земли, независимо от двора, на
свои деньги, сеет ячмень и лен в свою пользу, другая выкармливает
на свой счет борова и продает в свою пользу.
Однако и при таком безобразии, все-таки двор остается
зажиточным: нет недоимок, хлеба довольно, семь лошадей и восемь
коров, хорошая снасть, бабы в нарядах, у мужиков сапоги, красные
рубахи и синие поддевки, есть свободные деньги. И дом называется
«богачев» двор. А почему? Потому что земля не разделена на малые
нивки, потому что нивы большие, работа производится сообща,
молотят на одном овине, сено кладут в одну пуню, скот кормят на
одном дворе, живут в одном доме, топят одну печку, едят из одной
чашки. При хорошем хозяине, у которого бабы в струне ходят, у
которого во всем порядок и есть хозяйственный «загад», такой
двор, состоящий из десяти работников, будет быстро богатеть,
скота и лошадей будет много, корму, а следовательно, и навозу
будет достаточно, своя земля будет хорошо удобрена и обработана —
нивы-то широкие, можно и так, и так пахать, — да и на стороне
хозяин снимет у подупавшего барина землицы под лен и хлеб, а то
смотришь, и купит какую-нибудь пустошку или хуторок, из которого
потом вырастет деревня. Такому двору и «курятник» не страшен;
случится, что — кто же знает, все мы под богом ходим — плюнешь
направо, а может, «закон такой есть», как говорил жид, что нужно
плевать налево, — такому и «курятник» не страшен, ну, сунул ему
трояк либо пятерку. Да и «курятник» тоже человек, все-таки же
помянет, что в таком дворе его всегда приветят — отойди ты только 269
от нас — полштоф поставят, «исправницкую яичницу»3 сделают,
медком угостят. Такой многосемейный двор, даже и при слабом
хозяине, хотя и не будет так богатеть, но все-таки будет жить без
нужды; и недоимок не будет, и хлеба достаточно, и в батраки
сельские заставляться не станут. А про то, чтобы в «кусочки»
ходить, и говорить нечего. Но вот умер старик. У некоторых
братьев сыны стали подрастать — в подпаски заставить можно. У
одного брата нет детей, у других только дочки. Бабы начинают
точить мужей: «неволя на чужих детей работать», «вон Сенька
бросил землю, заставился к пану в скотники, 75 рублей на готовых
харчах получает, а женку в изобку посадил — ни она жнет, ни
пашет, сидит, как барыня, да на себя прядет» и т.д. и т.д. Сила,
соединявшая семейство и удерживавшая его в одном дворе, лопнула.
И вот, несмотря на то, что «один в поле не воин», что «одному и у
каши не споро», что «на миру и смерть красна», двор начинает
делиться. Вместо одного двора является, например, три. Нивы
делятся на узенькие нивки, которые и обработать хорошо нельзя,
потому что не только пахать, но и боронить нельзя: кружит баба с
боронами, кружит, а все толку нет. Каждый работает отдельно на
своей нивке. Молотят на трех овинах, да еще хорошо, если,
разделившись, возьмут силу построить три овина, а то овин
остается общий на трех, и каждый молотит на нем по очереди
отдельно свой хлеб — ну, как же тут поспеть вовремя намолотить на
семена и сохранить хлеб чистым? У одного рожь чиста, у другого —
он вчера на семена молотил — с костерем. Никто за овином не
смотрит, нет к нему хозяина, никто его вовремя не ремонтирует.
Сено убирают каждый отдельно на своих нивках и, если что
выигрывается от того, что каждый работает на себя, а не на двор,
то теряется вследствие того, что одному нет возможности урвать в
погоду, как может это сделать артель. Кладут сено в три отдельные
пуни. Скот кормят на трех отдельных дворах, и для ухода, для
носки корма нужно три человека, тогда как прежде делал это один.
На водопой скот гонят три бабы, а прежде гоняла одна. На мельницу
молоть едут три хозяина. Печей топится три, хлеб пекут три
хозяйки, едят из трех чашек. Все необходимые во дворе «ложки» и
«плошки» тому, кто дела не знает, кажутся пустяком, а
попробуй-ка, заведись всем: если большое корыто, в котором 270
кормили штук шесть свиней на «богачевом» дворе, стоит рубль, то
три маленьких корыта стоят уже не рубль, а, примерно, хоть два.
Высчитайте все, высчитайте работу, и вы увидите, какая
происходит громадная потеря силы, когда из одного двора сделается
три, а еще того хуже — пять.
Непременным результатом раздела должна быть бедность. Почти
все нажитое идет при разделе на постройку новых изб, новых
дворов, амбаров, овинов, пунь, на покупку новых корыт, горшков,
чашек, «ложек» и «плошек». Разделились «богачи», и вот один
«богачев» двор обыкновенно превращается в три бедные двора.
Разумеется, бывает, что и при разделе дворы остаются зажиточными.
Это бывает в тех случаях, когда «богачев» двор был уж очень
богат, когда у «старика» было много залежных денег, когда он
владел всей деревней, когда кроме его, «богача», все остальные
были голь непроглядная, когда все остальные были у него в долгу.
Тогда из разделившегося «богачева» двора образуется три
«богачевых» двора, у которых вся остальная деревенская голь
состоит в батраках. Но это бывает редко, обыкновенно, разделился
«богачев» двор, и являются три бедные двора или два бедные и один
зажиточный — это того из братьев, который, будучи при «старике»
или после смерти старика, пока не разделились, хозяином, сумел
что-нибудь припрятать из общих денег, или того, который, будучи
любимчиком отца или матери, (получил особенно припрятанные
деньжонки, или того, который, ходя на заработки, в Москву,
Петербург, сумел принакопить что-нибудь из заработанных денег,
или, наконец, того, жена которого еще в девках попала как-нибудь
на линию: барин какой-нибудь навернулся петербургский, которому
сотенная нипочем, инженер, купец пьяненький, старичок-помещик.
Но как бы там ни было, а разделились, и из одного «богачева»
двора делаются три бедные. Все это знают, все это понимают, а
между тем все-таки делятся, потому что каждому хочется жить
независимо, своим домком, на своей воле, каждой бабе хочется быть
«большухой».»

«У коровы молоко на языке. Качество молока зависит от качественного корма, который правильно и вовремя приготовили, сбалансировали и дали корове. Животное будет здоровым и будет давать здоровое молоко. Но нельзя забывать и о человеке — специалисте, который должен быть заинтересован в своей работе», — говорит председатель СПК им. Деньщикова Василий Свирид и провожает нас в коровники фермы «Раніца», откуда каждый день на гродненское ОАО «Молочный мир» уходит 24 тонны молока и превращается там в твердый сыр, творог, масло, йогурты.

В СПК входит три фермы. Одна из них — «Раніца» — находится в 30 километрах от Гродно, и 12 тонн молока отсюда на завод вывозят два раза в день. С четырех ферм на «Молочный мир» поступает 58 тонн ежедневно. За пять месяцев этого года СПК произвело 8480 тонн молока, из которых 8080 продали государству, остальное пошло на кормление телят. Одна корова за пять месяцев дала 4 тонны 137 килограммов молока.

Молочное стадо СПК — 2050 голов голштинской породы. За питанием коров на фермах следят тщательно: для кормов выращивают люцерну и уникальную высокобелковую культуру — румекс — гибридный щавель, который председатель СПК привез с выставки в Киеве.

— Мы принимаем все меры для того, чтобы были очень высококачественные корма. Дело в том, что многие увлекаются злаковыми травами, но это совсем не то. Корове прежде всего нужен белок. С этой целью мы в хозяйстве возделываем 836 гектаров люцерны и думаем увеличить площади под этой культурой. В прошлом году мы заготовили 26 тысяч тонн отличного сенажа, нам его хватит до октября этого года. Поэтому кормами мы занимаемся очень плотно. А для того чтобы ранней весной дать корове витаминную часть, микроэлементы и белок, мы возделываем румекс. Он очень рано вырастает: в этом году уже в апреле мы его косили и неделю весь скот кормился этой массой. Сейчас пошел уже третий покос, — рассказывает Василий Свирид.

Кормят стадо в 7 утра и в 16 часов. К дойке подход индивидуальный: все коровы разделены на группы по физиологическому состоянию и тех, что дают более 25 кило молока, доят три раза в день. Группа, что сейчас находится на пике лактации, в день производит более 50 литров молока. Цифрами на ферме очень гордятся. Как и качеством: все молоко на ферме «Раніца» — сорта «экстра», а в хозяйстве СПК оно занимает 95% от всего производства. Соматические клетки, к уровню которых очень внимательно относятся производители, в молоке «Раніцы» последние лет пять держатся на уровне 200 тысяч на миллилитр.

— Совсем соматических клеток в молоке не может не быть. Соматическая клетка — это отмирающий эпителий, который в любом случае будет, когда в вымени обновляются клетки. Эти клетки также определяют здоровье коровы: чем их меньше, тем она здоровее. Хотя даже если корова идеально здорова, у нее будет тысяч 100 соматических клеток. Но есть определенный предел, который нельзя превышать. Например, для сорта «экстра» предел — не более 300 тысяч на 1 миллилитр, в нашем молоке на сегодня — 180?220 тысяч. Если клеток больше, то это уже не «экстра», а высший сорт. Но у нас таких моментов не случается, — поясняет главный зоотехник СПК им. Деньщикова Петр Глебович.

Секрет успеха СПК, по словам председателя, не только в правильном корме для животных и уходе за ними, но и в специалистах, к которым тоже нужен особый подход и мотивация.

— Важно сделать так, чтобы специалисты на ферме были заинтересованы в качестве своей работы. У нас за высший сорт молока работники фермы получают одну зарплату, за сорт «экстра» все работники фермы — и операторы машинного доения, и специалисты — получают надбавку: не смешные 5%, а 50% к зарплате. И сейчас думаем над тем, чтобы еще увеличить, чтобы заинтересовать людей. У доярок сегодня зарплата, можно сказать, приличная — 1250 рублей. Мы понимаем, что если нет стимула у человека, если его материально, рублем, не заинтересовать, он не будет думать о том, как улучшить качество. Ведь сегодня просто словом заинтересовать, убедить невозможно. Сказать, что Россия предъявляет к нам претензии, — ну и что? Доярке какое дело? Все решают зарплата и отношение. У нас все работники — на этой ферме их 24 человека — обеспечены жильем, работают по очереди в две смены. Зимой катаются за счет хозяйства прохлаждаться в горячих источниках в Украину, — смеется председатель СПК.

«От коровы до холодильника 12 метров»

Дойка на ферме «Раніца» проходит три раза в день: утром, днем и вечером. Доят уже давно механическим путем: доярки обходят стадо, протирают вымя, ставят «присоски», которые автоматически «отваливаются», когда дойка заканчивается.
Молоко из доильного зала по специальным «тоннелям» прямиком попадает в холодильники молочного блока, а оттуда через насос — в автоцистерну, которая стоит за окном.

— На «Раніцы» от коровы до цистерны 12 метров. И главное то, что молоко никак не контактирует с человеком — все механизировано. Первый контакт, по сути, происходит уже когда человек покупает бутылку молока и наливает его дома в стакан, — говорит ведущий специалист по заготовке и качеству ОАО «Молочный мир» Владимир Просвиряков.

Перед тем как закачать молоко в автоцистерну, проводится первый лабораторный анализ. Второй позже сделают уже на заводе. Лаборанты на ферме берут пробы и проверяют молоко на плотность, жирность, кислотность, количество соматических клеток, отсутствие антибиотиков и ингибирующих веществ. Если все в норме, молоко отправляют в цистерну, и через 40 минут оно уже на заводе.

«Лаборатория знает, чем моются доильные залы, лечат дойное стадо»

Новый корпус «под сыр» площадью 16 тысяч кв. м молокозавода ОАО «Молочный мир» построили два с половиной года назад. Цех (а фактически — завод в заводе) выпускает 40 тонн сычужного сыра в сутки. Обошелся корпус гродненскому производителю в 48 млн белорусских рублей, в том числе около 15,5 млн евро — основное технологическое оборудование.

Оборудование сильно упростило работу завода: в основном цехе работает один человек — мастер-сыродел, который управляет всем процессом.

— Мастер руководит всем производством через сенсоры, вся линия автоматизирована, поэтому больше одного человека здесь не надо. Конечно, в цехе подготовки молока, лаборатории, транспортной упаковке, по переработке сыворотки трудится больше людей. Всего в штате работает 76 человек. У нас есть еще производственные цеха в Берестовице и в Скиделе. В каждом цехе аккумулирован свой ассортимент, здесь, в Гродно, мы производим — 35?36 видов сыра, — рассказывает заместитель гендиректора по производству Ольга Михновец.

В Гродно в производстве сыра используется две формы: круглый сыр и евроблок. Сейчас спросом пользуются и уже нарезанные сыры. Сегодня линия загружена на 95%. На экспорт уходит 46,5% продукции, остальное — на внутренний рынок. Больной вопрос — закрытый для белорусской «молочки» российский рынок — на предприятии стараются решать открытием новых рынков сбыта. Напомним, 4 июня Россельхознадзор ввел ограничения на поставки молочной продукции со всей территории Беларуси, 22 июня ограничения сняты с шести белорусских предприятий. «Молочный мир» в этот список не попал, для него действует временное ограничение ввоза.

За пять месяцев этого года экспорт составил 25,3 млн долларов, из них в Россию — 21 млн долларов. Остальное — это Турция, Китай, Япония, Грузия, Казахстан, Монголия, Узбекистан и другие страны.

Качество контролирует не только сам производитель, но областные специалисты.

— Белорусское молоко-сырье проверяется в несколько этапов и обязательно сопровождается ветеринарным документом, подтверждающим, что на ферме отсутствуют инфекционные и особо опасные заболевания. На молокозаводах производственные лаборатории также осуществляют контроль поступающей продукции, она контролируется и в областных лабораториях, а потом, при экспорте, и в России. По каждому случаю, когда у России появляются претензии, даже если они еще не официальные, а просто в виде сообщения в СМИ, в интернете, у нас создается комиссия, которая сразу выезжает на предприятие или сырьевую зону — хозяйство, и проводит проверку. Кроме того, по правилам ЕАЭС, отбираются дополнительные пробы продукции, в которой есть нарушения, и исследуются по всем показателям. После этого комиссия делает заключение. Но сколько уже было случаев — подтверждения фактов нарушений найдено не было, — говорит заместитель начальника отдела ветеринарии комитета по сельскому хозяйству и продовольствию Гродненского облисполкома.

Артисты его мастерской способны сыграть даже корову

Сегодня имя этого режиссера у всех на слуху. Его приглашают на все фестивали, о нем говорят с придыханием. И не только как о руководителе уникального молодежного коллектива, объехавшего со своими спектаклями едва ли не весь мир, но как о лидере современного психологического театра, сравнивая его с Товстоноговым, Эфросом, Ефремовым?

Создается впечатление, что судьба долгие годы испытывала Петра Наумовича на прочность. Один только он знает, чего ему стоили бесконечные скитания из театра в театр с клеймом диссидента. Его спектакли часто прикрывали, резали по живому, и это стоило ему немало здоровья, надорвало сердце.
Всю жизнь он мечтал иметь свой театр. Началось это давно, когда он, будучи студентом педагогического института, организовал театральную студию и показывал такие смешные капустники, что сейчас на КВН они бы проходили на «ура». Потом руководил студией в МГУ, которую в 60-е годы с треском разогнали. И вот теперь этот «опасный» для советского режима художник стал востребован всеми. Он и сам не заметил, как превратился в одну из культовых фигур, ничего специально для этого не делая. Просто Фоменко никогда не изменял себе, не суетился, не приспосабливался ни к какой общественно-политической системе, а старался говорить своими спектаклями правду. О времени, о нас самих, о жизни, которая намного богаче и разнообразнее, чем бесконечная борьба за власть на всех уровнях.
Неподкупная искренность Петра Наумовича порой поражает. Так, однажды на юбилее художественного руководителя театра «Эрмитаж» Михаила Левитина уже признанный всеми мэтр, не успев купить подарка, снял с себя? крест и отдал его коллеге. В этом жесте выразился весь Фоменко: тому, кого он любит, готов отдать последнее. Вот почему так несказанно повезло первому актерско-режиссерскому курсу Петра Наумовича в ГИТИСе, с которым он решил не расставаться и сделать из ребят настоящих артистов. Думаю, что ни один из коллективов не выдержал бы восьми лет скитаний по чужим площадкам и давно бы распался, не будь у него такого бескорыстного и мудрого лидера.
Теперь, когда у фоменковцев появилось свое здание на Кутузовском проспекте, где можно увидеть серьезный репертуар, в основном состоящий из классики, каждому зрителю стало ясно: Фоменко ? замечательный педагог, способный открывать в артисте такие психологические глубины, о которых он сам и не догадывается. Будучи приверженцем системы Станиславского и в то же время не чураясь яркой художественной формы, Фоменко всегда ставит перед своими воспитанниками трудно выполнимые задачи, так как уверен ? они должны уметь играть все, вплоть до коров, огородного пугала и колодца с журавлем. Естественно, неодушевленные предметы на полном серьезе не сыграешь, и тут в ход идут юмор и страсть к буффонаде, которые так отличали Фоменко в юности. Причем здесь каждый исполнитель отлично смотрится и выигрывает только в ансамбле со своими партнерами. В этом я убеждалась неоднократно. Например, в интересных по-своему фильмах «Мания Жизели» и «Время танцора» Галина Тюнина и Юрий Степанов сыграли достаточно хорошо, но в их образах не было той самой изюминки, которую они находили вместе с Фоменко. Может быть, поэтому его артисты не очень-то стремятся сниматься в кино. Хотя деньги им нужны ? на одну зарплату муниципального театра не проживешь.
Но совмещать работу в кино с двенадцатичасовыми репетициями в мастерской Фоменко почти невозможно, так как любой пропуск в период выпуска нового спектакля чреват дальнейшими осложнениями. Не в смысле «нагоняя» от худрука, а в смысле дальнейшей нестыковки с уже сыгравшимися артистами. Каждый театральный прогон накануне премьеры похож на тренировки футбольной команды перед ответственными соревнованиями, где заранее просчитываются и отрабатываются все возможные варианты во время будущей игры на поле.
В спектакле «Одна абсолютно счастливая деревня» полем игры для артистов стала крошечная сценическая площадка, где каждый элемент декорации был рассчитан буквально до миллиметра, даже верхнее пространство сцены и то было задействовано в развитии сюжета. На подвешенном за веревки стульчике сидел воробышком сельский учитель, к которому, как к Богу, обращались за советом неграмотные сельчане, а натянутая под потолком сетка во второй части спектакля превращалась в поднебесье, куда отправлялись «жить» ушедшие на войну и убитые там деревенские мужики.
На этот раз Фоменко вместе с художником Владимиром Максимовым действовали по принципу: поменьше дорогого оформления, побольше актерского и зрительского воображения. К примеру, что такое трактор? Это опрокинутый огромный ящик с торчащими оттуда ногами Тракториста в здоровенных кирзовых сапогах, которые дрыгаются в такт тарахтящему мотору. А так как зрители сидели, можно сказать, на носу у артистов и любая неправда со стороны исполнителей могла разрушить хрупкую иллюзию деревенского быта, то представляете, какая у них должна была быть правда чувств и вера в предлагаемые обстоятельства?
В свое время, когда Лев Додин ставил «Братья и сестры» по Федору Абрамову, его артисты на два месяца уезжали на родину писателя, жили в деревне, осваивали северный говор, манеру поведения крестьян, а потом все это использовали в спектакле, который шел подряд два вечера. У Фоменко все действие повести Бориса Вахтина вмещается в два с половиной часа без антракта и называется «этюдами». Скромность, конечно, украшает мастера, но все-таки почему именно к сельской прозе обратился сегодня Петр Наумович, а не поставил, к примеру, спектакль о сексуальных меньшинствах?
Каким бы сегодня Фоменко ни считался модным режиссером, он не склонен муссировать извращения человеческой природы, шокировать зрителя, ибо в первую очередь его интересует цельная личность, живущая в гармонии с миром и самим собой. Таких героев он нашел в маленькой деревушке на берегу реки, где каждое утро бабы, подоткнув подолы домотканых юбок, стирают белье, доят коров, ругают своих мужей на чем свет стоит, а потом, раскинувшись на траве, на три голоса выводят: «Верила, верила я, что не разлюбишь меня?». Сюда же приходят на любовные свидания красавица Полина и гроза всех деревенских девок Михеев. Тут они зачнут своего первенца (как потом выясняется, двойняшек), и строптивая гордячка вынуждена будет выйти замуж за рыжего буяна. А потом, когда он уйдет на войну и погибнет смертью храбрых, Полина поймет, что жизнь без него ей не в радость и только там, на неструганых, шершавых досках речных мостков, она была по-настоящему счастлива?
День сменяет ночь, ночь сменяет день, один эпизод следует за другим, жизнь проходит, и только в финале люди понимают, как она коротка и какое это было счастье ? жить на этой земле. Вот такую деревенскую сагу поведал зрителям Петр Фоменко и как будто живой водой окропил всех в этом маленьком зале на 80 мест.
Впрочем, искусство берет не количеством, а качеством, это уж точно знает такой не похожий на других, влюбленный в свое дело режиссер.

Мы, студентки второго курса журфака, приехали из Смоленска в Новоспасское не для того, чтобы послушать произведения основоположника русской классической музыки и насладиться живописными ландшафтами,а чтобы испытать на себе тяготы деревенской жизни.В колхозах давно коров доят с помощью специальных аппаратов, а вот нас наша давняя знакомая научила делать такую работу «дедовским методом».

Баба Надя, женщина преклонных лет с озорным огоньком в глазах, приняла нас доброжелательно, но проинформировала, что завтра придется вставать в пять утра, поэтому нужно выспаться.

Ни свет ни заря прокукарекал «живой будильник». Глаза в такую неприличную, по городским меркам, рань открываться совсем не хотели. Баба Надя, напротив, излучала энергию. Аппетит пришел к нам скорее, чем мы успели окончательно проснуться, — наверное, давала о себе знать «кислородная интоксикация организма». Мы с удовольствием съели бутерброды, выпили молоко. И, повязав косынки, почувствовали себя пушкинскими барышнями-крестьянками. Впрочем, приключение оказалось совсем не романтическим.

Утренний «мастер-класс» был ознакомительным. Прослушивая курс введения в животноводство в исполнении бабы Нади, мы подумали, что священное животное индусов почитается в России ничуть не меньше. Четыре копыта, хвост, рога, вымя и шершавый язык ценятся за многофункциональность: они приносят и «белое здоровье», и удобрение для огорода, и мясо.

Запах навоза остановил нас у входа в «молоковырабатывающий цех», но пути назад не было. Через несколько минут мы уже не обращали внимания на это «амбре», так как внимательно следили за каждым движением хозяйки.

Старушка села на скамеечку рядом с Буренкой и начала дойку, продолжая инструктаж:

— Для начала, девчата, нужно вымыть руки и вымя коровы теплой водой, немного его помять, так сказать, сделать ей небольшой массажик. Вытереть вымя и привязать хвост коровы к ее ноге, чтоб не мешал процессу.

Дальше баба Надя открыла нам свой секрет добывания молока:

— При дойке работают большими и указательными пальцами, но легче, конечно, трудиться всей десятерней сразу. Большой напор молока идет около пяти минут, и надо торопиться: если корова останется недодоенной, это ни к чему хорошему не приведет.

Завороженные, мы смотрели, как парное лакомство льется в ведро. У нас-то молоко ассоциируется только с белой жидкостью, продающейся в пакетах в магазине. И когда на наших глазах оно «появлялось на свет» — это, знаете ли, совсем другое дело. Вроде всего 112 километров от Смоленска, а жизнь тут совсем другая, и мы от нее так далеки.

После дойки баба Надя погнала корову на поле. И дала нам задание — собрать куриные яйца, сказав, где примерно несушки оставляют свои «фаберже». С корзинкой в руках мы принялись на эту «тихую охоту». Потом выяснилось, что вкус у найденных своими руками хрупких белых кругляшей гораздо лучше, чем у магазинных «изделий птицепрома».

Мы успели погулять по парку и посетить дом-музей Глинки. Тишина и природа — таков теперь образ деревни. Дома пустеют — это только музыка бессмертна, а старики — нет. Привыкнув к писку комаров и приставанию оводов, мы поняли: это идеальное место для отдыха. Вдали от шума городского мы наслаждались прелестями деревенской жизни, дышали свежим воздухом, купались в Десне и нежились в солнечных лучах.

В обед нас снова встретила суровая деревенская реальность «в лице» Буренки. Несмелая попытка взяться за соски в надежде выдоить хоть чуть-чуть молока сначала не увенчалась успехом. Хозяйка, стоявшая сзади, подсказала: «Сжимайте сильнее и дергайте резче». Ей легко говорить, а нас руки не особенно слушались. Но все же прогресс был, молоко шло в ведро. Все-таки корова бабы Нади, молодая и полная сил, ежедневно приносит хозяйке шестнадцать литров «здоровья».

Страшно уставшие от новых впечатлений и от подъема в пять утра, мы уезжали из Новоспасского с банками молока, надоенного собственными руками. Баба Надя пожелала нам счастливого пути и пригласила нас еще в гости. И, пожалуй, мы когда-нибудь вернемся.